Микитина В. В. Кабинетные витражи из коллекции Алексея Викуловича Морозова

Правильная ссылка на статью:

Микитина В. В. Кабинетные витражи из коллекции Алексея Викуловича Морозова / Проблемы атрибуции памятников декоративно-прикладного искусства XVI-XX веков. Материалы V научно-практической конференции 25-27 октября 2017 г. Составители М. В. Ворожбитова, Д. В. Шполянская. Труды Государственного Исторического музея. Вып. 212. М., 2019. С. 280-287.

В истории частного коллекционирования в России во второй половине XIX–начале ХХ века интерес к такому материалу, как стекло, несомненно, был. В тоже время сведения о крупных коллекциях произведений из стекла русских собирателей практически отсутствуют. Чаще всего небольшие собрания стекла в общей картине коллекции того или иного собирателя были в числе многих, либо дополнявших друг друга, либо бывших разными и непохожими. В «Записной книжке А.П.Бахрушина», текст которой относится к 1892 году, приведены сведения о тридцати семи московских коллекционерах и их собраниях (1). И только у трёх из них стекло упоминается в составе коллекций, наряду с собраниями живописи, икон, книг, эмалей, рисунков карандашом, фарфора, оружия, мебели, резной кости и дерева – у самого Алексея Петровича Бахрушина (2), у Андрея Афанасьевича Брокара (3) и Юрия Всеволодовича Мерлина. (4) «…Наши собиратели если и обращали внимание на <…> стекло и хрусталь, то лишь как на отражение того или иного исторического события…», – писал И.Лазаревский. (5) Однако, уже в конце 1900-х-начале 1910-х годов стекло стало вызывать у собирателей больший интерес. По сведениям И.Лазаревского, только за неполный 1914 год несколько коллекционеров составили значительные и характерные собрания этой «привлекательнейшей» отрасли художественной промышленности. (6)

Как мы знаем, стекло не являлось основным предметом собирательства А.В. Морозова (7). Из его дневника следует, что кроме фарфора, портретов и икон, он имел «…небольшие собрания русского старинного серебра, художественного стекла, деревянных резных игрушек, миниатюр и картин-вышивок…» (8). По количеству произведений коллекция стекла действительно невелика, всего сорок четыре предмета, даже если сравнивать её с другими «небольшими собраниями»: коллекция русского серебра насчитывала двести двадцать предметов, а миниатюр – сто пятьдесят шесть.

В коллекции Морозова преобладало русское стекло XVIII–XIX веков, и всего пять предметов относились к образцам зарубежного стеклоделия. Среди них находились четыре швейцарских витража конца XVI – первой четверти XVII веков, относившиеся к типу так называемых «кабинетных витражей», которые могли использоваться для светских построек: ратуш, дворцов правосудия, гостиниц, ремесленных мастерских и домов богатых горожан. Эти расписные стёкла имеют небольшие размеры (примерно 25 см. х 30 см.), вставлены в деревянные рамы. Фрагменты витражей скреплены в единую композицию с помощью свинцовых тяг. Согласно системе современных исследователей швейцарских витражей, они относятся к «иллюстративным витражам» (Bildscheibe), посвящённым иллюстрациям библейских или новозаветных сюжетов. Атрибуцию сцен, изображённых на этих произведениях, затрудняло прочтение надписей (в верхней или нижней части), выполненных готическим шрифтом и не всегда имеющих хорошую сохранность.

Кабинетный витраж из собрания А.В.Морозова в «Музее керамики» («Музей-усадьба „Кусково“)

Илл.1.

Согласно инвентарной книге музея (9), в центральной части первого витража (10) (Илл. 1) изображена сцена смерти святого Каспара (11): упавший навзничь мужчина, на открытой террасе, в окружении двух других мужчин и женщины. На верхней и нижней панелях две надписи. Нижняя надпись открывает нам имена заказчиков витража: «Hans Kaspar Seilinger S?сkelmeister im Gericht und R?gula Steinerin, seine Ehegemahlin 1622// «Ганс Каспар Зейлингер, казначей суда, и Регула Штейнер, его супруга 1622 год». Вторая надпись – объясняет изображённый сюжет:

«Alls Eli diese Red vernomen

Dass nun sine beyd S?ne ward umgekommen

Dasu die Laden Gottes

Fiel er her?ber vor gro?em Leid

Das Gnick entzweyt

Im ersten Buch Samuel 4»:

«Когда Эли  (Илия) услышал эти речи, что оба его сына погибли и к тому же Ковчег Завета похищен, он опрокинулся на спину от великого горя, так, что сломал шею. В книге Самуила глава 4» (12). Таким образом, изображённая сцена на витраже – это сцена смерти Илия, а не святого Каспара.

Кабинетный витраж из собрания А.В.Морозова в «Музее керамики» («Музей-усадьба „Кусково“)Илл 2.

На втором витраже (13) (Илл. 2) изображена сцена коронования Марии (14): «В центре стоит на облаке Мария в голубом плаще со сложенными руками, в окружении четырёх ангелов с протянутыми к ней руками, в красных одеждах, с крыльями. Два верхних держат над Марией золотую корону». (15) В этом сюжете могут быть несколько вариантов расположения фигур: Мария увенчивается Иисусом, Мария увенчивается Святой Троицей, Мария увенчивается Богом-отцом. Вариант, когда над головой Марии корону держат ангелы, является подтипом. В нижней части витража находится надпись, перевести которую полностью пока не удалось. В ней понятно лишь упоминание о неком приходе святого Михаэля и дата создания самого произведения, 1594 год.

Кабинетный витраж из собрания А.В.Морозова в «Музее керамики» («Музей-усадьба „Кусково“)

Илл. 3.

На третьем витраже (16) (Илл.3) находится изображение библейской сцены – жёны-мироносицы у Гроба Господня: три женские фигуры, стоящие около гробницы со ступенями, идущими вниз, и ангел, сидящий на отодвинутой верхней плите. Сцена сопровождается надписью с зарифмованным текстом «Wer Cristum f?rht von herzengrund//Der wirdt getr?st zu aller st?nd», которая переводится как «Кто искренне почитает Христа, тот найдёт утешение в любой час». Во второй надписи в нижней части витража понятны лишь отдельные слова, что пока не позволяет сложить её в текст и узнать имена заказчиков этого произведения.

Кабинетный витраж из собрания А.В.Морозова в «Музее керамики» («Музей-усадьба „Кусково“)

Илл. 4.

В верхней части четвёртого витража (17) изображена сцена поклонения волхвов. В центре – герб с двумя деревьями с пирамидальной кроной и шишками. По обе стороны от герба аллегорические фигуры Верности и Милосердия в свободных ярко-синих одеждах с надписями над ними (Charitas и Fides). В нижней части надпись: «Balthasar Tschudy von Glarus der J?ngere zu Grey Lang (Gr?pplang) Landshauptmann in Gangaufer Land 1595»//» Балтазар Чуди младший из Гларуса замок Грэпланг наместник земли Гангауфер 1595 год». Представители семейства Чуди из швейцарского кантона Гларус известны деяниями на разных поприщах. Так, Эгидий Чуди (1505-1572) был швейцарским историком, главой магистрата Гларуса; Доменик Чуди (1597-1654) – бенедиктинский монах, настоятель монастыря Мури, а барон Теодор-Анри-де Чуди (1720-1769) был известен в России, как секретарь И.И.Шувалова и издатель журнала «Le Cameleon litteraire» ( «Литературный хамелеон»). Замок Грэппланг находился во владении семьи Чуди с 1528 по 1767 год. С 1584 по 1601 год замком владел лорд Бальтазар Чуди младший. Даты рождения и смерти его неизвестны, так же, как и вид деятельности. Но в одной из статей зарубежных исследователей имя Б. Чуди упоминается вместе с знаковой фигурой в искусстве швейцарских витражей – Вольфгангом Брени (? –1613), витражистом из г.Рапперсвиль. В дневнике расходов Бальтазара Чуди есть такое упоминание: «…В 1597 году приехал художник по стеклу из Рапперсвиля Вольфганг Брени, который должен доделать вторую половину герба в том виде, который я ранее оплатил…» (18). Речь идёт об одном из витражей для семейного замка. Пока не представляется возможным связать витраж из коллекции Морозова с авторством Брени, тем более, что художник часто ставил на своих работах монограмму «WB», которая отсутствует на данном произведении.

Из-за отсутствия архивных документов пока не представляется возможным проследить их происхождение, а также причины и время их поступления в морозовскую коллекцию. Предположение о том, что эти витражи могли украшать оформленные в готическом стиле кабинет или библиотеку Морозова, невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть. Однако следует упомянуть о нескольких собраниях, где тоже были подобные произведения. Несколько витражей из собрания ГМИИ им. А.С.Пушкина связаны с именем другого известного московского коллекционера Дмитрия Ивановича Щукина (1855-1932), а часть эрмитажной коллекции расписных стёкол поступила из частного собрания князя Ф.И. Паскевича (19). Вспомним и о том, что в XIX веке швейцарские витражи из собрания Эрмитажа принадлежали российской императорской семье, их использовали в декоре жилых помещений в Зимнем дворце и в загородной резиденции в Царском Селе (20). Именно со времени царствования императора Николая I витражи появились в коллекциях как разновидность декоративно-прикладного искусства.

Но необходимо констатировать, что все четыре витража имеют высокий художественный уровень, являются редкими в российских музейных собраниях  (21) и представляют большой научный интерес.


Примечания:

1. «Из записной книжки А.П. Бахрушина. Кто что собирает», М., 1916, с.3, 4, 15.
2. А.П. Бахрушин (1853–1904) 
3. А.А. Брокар (1836–1900)
4. Ю.В. Мерлин (1836/37–до 1912) – коллекционер.
5. И.Лазаревский. Заметки о русском цветном хрустале и стекле//Среди коллекционеров. Спб, 1914, переиздание М., 2001, с.147.
6. Там же, с.147.
7. Алексей Викулович Морозов (1857–1934) – русский промышленник, предприниматель, коллекционер. Его национализированная коллекция русского фарфора составила основу Государственного музея керамики, который был основан в 1919 году как музей-выставка русской художественной старины, затем переименован в музей фарфора, в 1929 – в музей керамики. В 1932 году музей был перемещен в усадьбу Кусково, и с 1937 года эти два музея составляют единый музей – Государственный музей керамики и «Усадьба Кусково XVIII века».
8. Дневник А. В. Морозова. Воспоминания. Черновики, наброски, материалы. Рукопись.    С. 12//Архив ГМК. НА-134/1-4
9. Инвентарная книга «Стекло. №5»
10. СТ 1372, Швейцария, 1622 г.
11. Вероятно, имеется в виду один из волхвов (Каспар, Мельхиор, Валтасар)
12. Эти события описаны в 4 главе книги Самуила. 1 Цар. 4:18. Филистимляне, заметив, что среди еврейских племён происходит движение к объединению, решили сделать нашествие, чтобы в корне подрезать силы этого народа. К этому времени израильтяне успели уже достаточно окрепнуть, чтобы вступить в борьбу со своими угнетателями. Но при первом же столкновении потерпели поражение. Тогда израильские военачальники решили для поддержания духа войска принести из Силома в лагерь Ковчег Завета. Илий, по просьбе войска, повелел своим сыновьям Офни и Финеесу отнести Ковчег на поле битвы. Как только сверкающий золотом Ковчег с крылатыми херувимами прибыл на поле битвы, израильские воины воодушевились, а филистимляне пришли в ужас. Опять разгорелся бой, в котором израильтяне потерпели страшное поражение, оставив на поле брани тридцать тысяч убитых. Но самым страшным ударом было то, что священный Ковчег Завета попал в руки филистимлян. При этом сыновья Илия были убиты. Когда Илию сообщили о захвате Ковчега и гибели его сыновей, то он упал навзничь, сломал себе хребет и умер.
13. СТ 1373, Швейцария, 1594 г.
14. Коронование Девы Марии согласно доктрине римско-католической церкви, является одним из эпизодов, входящих в цикл Вознесения Богоматери, и последним эпизодом её жития.
15. Инвентарная книга «Стекло. №5»
16. СТ 1371, Швейцария, 1646 г.
17. СТ 1370, Швейцария, 1595 г.
18. Цитата по: Felix Marxer. Die Wappenscheiben des Grafen Karl Ludwig von Sulz und der Gr?fin Barbara von Sulz, geborene Freiin zu Staufen. S. 182.
19. Фёдор Иванович Паскевич-Эриванский (1823–1903), светлейший князь, русский генерал-лейтенант.
20. Е.А. Шликевич. Швейцарские витражи XVI–XVIII веков из собрания Эрмитажа. Каталог выставки. СПб., 2010. С. 12–13.
21. В России находятся два крупных собрания швейцарских витражей конца XV–XIX вв. Они находятся в Государственном Эрмитаже  (80 произведений) и в ГМИИ им. А.С. Пушкина  (50 произведений).

Текст и фотографии статьи предоставлены Виолеттой Валерьевной Микитиной,

зав. отделом «Музей керамики» в «Музее-усадьбе „Кусково“.

Благодарим автора за разрешение на публикацию на www.vitroart.ru.

21.12.2019, 716 просмотров.